ФГБОУ ВПО НОВОСИБИРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ
КАФЕДРА ИСТОРИИ, ПОЛИТОЛОГИИ, КУЛЬТУРОЛОГИИ
Политические
лидеры современной России
Выполнила: Т.
Егорова гр.2111
Проверил: В. П. Чанов
Главная особенность
в процессе формирования современного
политического лидерства в России
заключается в том, что оно, с одной
стороны, приобрело некоторые черты,
характерные политическим лидерам
демократических государств, а с другой
— унаследовало черты, свойственные
лидерам номенклатурной системы.
Особенностью
современных российских лидеров является
и то, что они зачастую совмещают роль
владельца средств производства,
выполняющего функции организатора
производства, и роль политика, выполняющего
функции организатора политической
жизни. Согласно региональному
законодательству, запрет на совмещение
депутатского мандата с предпринимательской
деятельностью распространяется только
на депутатов, работающих на постоянной
основе, чем активно пользуются
представители крупного бизнеса. Стоит
отметить, что в странах Западной Европы
большинство политических лидеров
являются профессиональными политиками,
а в США политические лидеры зачастую
совмещают роль собственника и политика.
Еще одна особенность
заключается в том, что децентрализация
государственной власти, перенос центра
политического, экономического и
культурного влияния в горизонтальные
структуры регионов способствовало
значительному возрастанию роли
региональных политических лидеров.
Региональные лидеры до 2005 г. выдвигались
населением, поэтому старались завоевать
их доверие. Так, к концу правления
Б. Ельцина региональные политические
лидеры ощущали себя полновластными
хозяевами «своих» субъектов федерации.
Политические
реформы В. В. Путина способствовали
ослаблению негативного влияния
региональных политических лидеров на
экономическую и политическую ситуацию
в стране, поставили их в зависимость от
федерального центра.
Можно отметить
следующие особенности политического
лидерства в современной России: лидеры
не выполняют свои обязанности, т.к. не
разработана стратегия развития, не
происходит интеграции масс вокруг общих
целей и ценностей, общество не защищено
от беззакония и самоуправства бюрократии;
политические лидеры посткоммунистического
типа приспосабливаются к новым условиям
деятельности, формируются «политические
мутанты», соединяющие в себе черты
различных стилей; политико-культурная
ориентация лидеров на власть характеризует
их как эгоцентричных политиков, что
проявляется в приоритетном удовлетворении
личных потребностей.
Одной из проблем
российского общества является выявление
номинального и фактического политического
лидерства. Значительную роль и при
демократических режимах в формировании
государственной политики нередко играют
неофициальные советники высших
должностных лиц, которых часто называют
«серыми кардиналами». Среди них люди,
не занимающие официальных постов, но
имеющие доступ к ключевым политическим
фигурам; а также действительные
политические лидеры, которые по своему
влиянию могут превосходить иных министров
и других официальных лиц. Поэтому при
выделении из среды политических деятелей
тех, кого можно считать политическими
лидерами, необходимо, в первую очередь,
учитывать степень их реального воздействия
на политику. Эта степень далеко не во
всех случаях соответствует должностному
положению того или иного человека, хотя,
конечно, от уровня должности в
государственном аппарате или партийном
руководстве прямо зависит тот или иной
объем властных полномочий. Вместе с тем
расстановка сил в правящих кругах может
сложиться таким образом, что даже глава
государства в значительной мере
оказывается номинальным политическим
лидером (как это было с Б. Ельциным во
второй половине 1990-х гг.), а фактическая
власть сосредоточивается в руках других
политических лиц.
В российском
обществе в настоящее время складывается
новая политическая ситуация. С одной
стороны, продолжают существовать немало
руководителей, не обладающих качествами
политических лидеров. Часть из них была
«рекрутирована» еще в дореформенное
время, часть позднее, по старой технологии.
Сосредоточив в своих руках власть на
разных уровнях, эти люди не пользуются
у граждан политическим авторитетом. С
другой стороны, в руководстве на первые
позиции выдвинулись люди, обладающие
качествами лидеров. Наконец, демократизация
общества привела к появлению новой
плеяды политических лидеров, вышедших
на арену политической борьбы иными
методами (альтернативные выборы, участие
в массовых демократических движениях,
митингах). Особенность этого процесса
состоит в том, что он позволил выйти на
политическую сцену лидерам-интеллектуалам,
а не аппаратчикам.
Испытание властью
— тяжелейшее испытание. Важно, чтобы
современные политические лидеры
концентрировали внимание не столько
на использовании ее как таковой, сколько
на формировании с ее помощью мотивов
активной деятельности людей, здоровой
общественной атмосферы, направленной
на раскрытие потенциала личности.
Незнание или деформации содержания и
методов политического руководства
служат показателем некомпетентности
лидеров.
Проблема
политического лидерства для современного
российского общества, осуществляющего
переход к демократии, представляет
большой интерес. В переходных обществах,
к которым относится и современная
Россия, политические лидеры обретают
особый смысл как факторы стабильности,
интеграции различных групп интересов,
выступают инициаторами необходимых
преобразований. В этих условиях лидеры
персонально олицетворяют политический
курс, поскольку, как правило, именно они
формируют стратегию развития общества,
определяют средства её реализации.
Однако
особенность политического лидерства
в современной России заключается в том,
что в условиях формирующейся демократии
проявляются прежние политические
традиции лидерства, и в первую очередь
в массовом сознании сохраняются
устойчивые представления о лидере, о
чертах, которыми он должен обладать.
Опираясь
на классификацию М. Вебера, можно
утверждать, что история России знала
два типа лидерства: традиционное
и
харизматическое.
Традиционное
лидерство (власть монарха) было основано
на передаче власти по наследству,
верности ритуалу и привычке подчиняться.
Традиционное господство в России имело
форму абсолютной монархии, в которой
воля императора не ограничивалась
какими-либо юридическими нормами.
Советский
период породил особую разновидность
лидерства – вождизм.
Харизматический
вождь, к числу которых можно отнести
В. И. Ленина и И. В. Сталина, является
наиболее точным синонимом термина
«лидер». Такая разновидность лидерства
широко распространилась в России с
возникновением и развитием революционного
движения. Власть харизматического вождя
опиралась не только на его собственный
авторитет, но и на монопольно правящую
партию, разветвленные структуры насилия
и идеологическую обработку масс. И
все-таки самым существенным элементом
власти таких вождей была харизма,
в
основе которой находился политический
миф об их исключительности, который
поддерживался в массовом сознании.
Одновременно харизма вождя опиралась
на «единую коллективную волю народа»,
которую он представлял. На этом
основывалось отождествление вождя и
народа. Культ вождя, ритуалы его почитания
со временем становятся элементом
политической культуры советского
общества, разновидностью своеобразной
политической религии.
В
конце 1970-х – начале 1980-х гг. культ вождя
в Советском Союзе переживал острый
кризис, поскольку задача создания и
поддержания мифов об исключительности
Л. И. Брежнева и К. У. Черненко оказалась
практически неосуществимой. Что касается
М. С. Горбачева, то на первом этапе совей
деятельности он несомненно обладал
харизмой. Это объясняется тем, что
поначалу Горбачев формировал образ
мудрого политика, опираясь на тезис
«верности социалистическому выбору»
и идею «очищения социализма» от разного
рода извращений. В то же время, почти с
первых дней своего правления М. С. Горбачев
начал создавать новый облик лидера
опирающегося на интеллектуальную элиту.
В
конце 1980-хх гг., в результате «перестройки»
произошло разрушение коммунистических
идеалов и мифов, что вызвало в массовом
сознании потребность в новых ценностях,
в том числе и о политическом лидере
страны. Однако формирование нового
облика лидера страны – современного,
аристократичного, духовно раскованного,
который надеялся предложить народу
М. С. Горбачев на втором этапе своей
деятельности, явно отставало от процессов,
инициированных им самим. С распадом
советской системы и СССР, вызвавшим
острое ощущение дискомфорта у большинства
населения страны, этот новый облик вождя
совсем утратил свою привлекательность,
поскольку произошло рассогласование
между имиджем М. С. Горбачева и ожиданиями,
надеждами, требованиями населения к
нему, как к главной фигуре в политической
элите страны. Это произошло, прежде
всего, потому, что массовое сознание
большей части населения страны в основном
уже перешло от коммунистических идеалов
к либеральным ценностям.
На
смену М. С. Горбачеву выступил новый
лидер популистского типа Б. Н. Ельцин. В
конце 1980-хх – начале 1990-хх гг., на первом
этапе его политической карьеры, народ
воспринимал его как борца против
коррупции и привилегий чиновников,
выражавшего реальные нужды широких
народных масс, которые активно втягивались
тогда в политическую жизнь. Лидерство
Б. Н. Ельцина в тот период основывалось
на его харизме, в качестве выразителя
интересов простого народа.
Его
приход к власти в качестве президента
России потребовал поиска новых идей,
созвучных настроениям масс. Сохраняя
многое из прежних методов политического
руководства, Б. Н. Ельцин обратился к
традиционным ценностям российского
национального самосознания –
справедливости, честности, национальному
суверенитету, государственному интересу.
На этой идеологической основе складывался
образ лидера новой политической элиты,
важной политической фигуры, высочайшей
ответственности и мудрости.
Как
и при М. С. Горбачеве, творцом и носителем
популистского мифа выступила интеллигенция.
Именно она – автор и главный пропагандист
нового мифа о целостности, сплоченности
российского общества, где нет места
конфликту интересов. Олицетворением
этого единства, по её замыслу, вновь
должен был стать Б. Н. Ельцин.
Однако
российское общество перестало быть
единым, социально и политически
однородным; оно раскололось по многим
показателям: уровню жизни и доходов,
отношению к собственности и т.д. В этих
условиях потребовалась замена очередного
мифа, поскольку доверие к прежнему
облику российского политического лидера
оказалось в известной мере подорвано.
Этому в немалой мере способствовало
несоответствие предлагавшихся от его
лица существующими институтами власти
проектов и программ реальной обстановке.
Роль
Б. Н. Ельцина в разрушении тоталитарной
системы была достаточно большой, однако
его созидательный потенциал оказался
слишком мал. Это особенно ярко проявилось
к концу 1990-хх гг., в этих условиях Б. Н.
Ельцин досрочно сложил президентские
полномочия. Назначив своим приемником
В. В. Путина, который хорошо понимал
пагубность следования ельцинскому
принципу: «Свобода для сильных – нищета
для большинства». Ему было необходимо
создать социальную опору своей власти
в широких слоях российского общества,
а для этого необходимы прорывы в
социально-экономической политике,
реальное повышение уровня жизни.
Осуществить это возможно только при
поддержке широких слоев российского
общества.
В
заключении можно сделать следующие
выводы. Итак, прошедшие в 1990-е гг. X X
в. и начале XXI
в. парламентские и президентские выборы
в России позволили выявить некоторые
тенденции политического лидерства.
Изменение
харизматических представлений о
лидерстве возможно лишь с выходом на
политическую сцену новой генерации
политических лидеров, которые должны
приходить специальную подготовку и
отбор, а политическая деятельность
должна стать их профессией. Им придется
действовать в рамках определенных
демократических норм и процедур принятия
политических решений, взаимодействия
различных видов власти. Лидеры новой
генерации должны не только предложить
обществу мечту, проект будущего, желаемого
большинством граждан, но и убедить их
в том, что пути продвижения вперед
известны.
Фото сайта kremlin.ru
Лидером рейтинга традиционно остается Владимир Путин. Среди ключевых событий внешнеполитического значения с участием президента – поддержка применения Коллективных миротворческих сил ОДКБ в Казахстане и сессия Совета коллективной безопасности этого военного блока, переговоры с президентом Ирана, подписание совместного заявления лидеров ядерных держав о предотвращении ядерной войны и недопущении гонки вооружений, встреча с представителями деловых кругов Италии.
Восходящий тренд затрагивает ряд руководителей силового и социального блоков, часть руководителей «Единой России» и лидеров парламентской оппозиции, большинство представленных в рейтинге губернаторов, ряд руководителей компаний нефтегазового сектора, нисходящий – ряд топ-менеджеров банковской сферы. Среди факторов, повлиявших на позиции фигурантов рейтинга в январе, – события в Казахстане, напряженность вокруг Украины и сохраняющееся охлаждение в российско-американских отношениях, начало весенней сессии Госдумы, обсуждение новых инвестпроектов, а также осложнение эпидемиологической обстановки.
Федеральная административная элита
По мере подготовки к выступлению Владимира Путина с Посланием Федеральному собранию усиливается влияние пресс-секретаря главы государства Дмитрия Пескова (перемещается с 19-го на 18-е место). На фоне подготовки и принятия новых резонансных законопроектов в группу с сильным влиянием переходит начальник Государственно-правового управления президента Лариса Брычева (с 58-го на 50-е место). Нисходящий тренд в январе затрагивает помощников президента Алексея Громова (с 12-го на 15-е место) и Игоря Левитина (с 53-го на 64-е место). Развивается восходящий тренд для помощника президента Дмитрия Козака (с 29-го на 26-е место), принявшего участие в переговорах в Нормандском формате по ситуации на востоке Украины. Входит в число фигурантов рейтинга помощник президента Владимир Мединский (85-е место).
Из-за дестабилизации обстановки в Казахстане и других факторов усиливается влияние ряда руководителей силового блока. Участие российских военных в составе миссии Коллективных миротворческих силы ОДКБ в Казахстане становится фактором укрепления позиций министра обороны Сергея Шойгу (с 5-го на 4-е место) и начальника Генштаба Вооруженных сил Валерия Герасимова (с 44-го на 37-е место). Представленный МВД проект поправок в закон «Об оружии» приводит к укреплению позиций главы ведомства Владимира Колокольцева (с 32-го на 27-е место). Ряд резонансных расследований, проводимых ФСБ, включая пресечение деятельности хакерской группировки REvil, позитивно сказываются на позициях главы ведомства Александра Бортникова (с 16-го на 14-е место). Также усиливается влияние руководителя Следственного комитета Александра Бастрыкина (с 20-го на 19-е место), при этом незначительно ослабевают позиции главы Росгвардии Виктора Золотова (с 31-го на 32-е место). Усиливается влияние курирующего оборонно-промышленный комплекс вице-премьера Юрия Борисова (с 34-го на 30-е место).
В период осложнения эпидемиологической обстановки восходящий тренд затрагивает ряд чиновников социального блока – вице-премьера Татьяну Голикову (с 26-го на 23-е место) и главу Минздрава Михаила Мурашко (с 65-го на 58-е место). В преддверии зимних Олимпийских игр в Пекине укрепляются позиции вице-премьера Дмитрия Чернышенко (с 40-го на 35-е место).
После рабочей встречи с Владимиром Путиным укрепляются позиции министра культуры Ольги Любимовой (с 95-го на 86-е место). Выступление на совещании президента с членами правительства с докладом о создании 500 новых научных лабораторий становится благоприятным информационным поводом для главы Минобрнауки Валерия Фалькова (с 76-го на 73-е место).
С началом весенней сессии парламента восходящий тренд затрагивает деятелей «Единой России» в Госдуме: главу фракции Владимира Васильева (с 66-го на 62-е место), первого вице-спикера Александра Жукова (с 68-го на 67-е место), вице-спикера Сергея Неверова (с 77-го на 76-е место), председателя комитета по экономической политике Максима Топилина (с 70-го на 66-е место), председателя комитета по экологии, природным ресурсам и охране окружающей среды Дмитрия Кобылкина (с 87-го на 83-е место). Усиливается и влияние главы центрального исполкома партии Александра Сидякина (с 96-го на 92-е место).
На фоне усиления напряженности на постсоветском пространстве, а также в отношениях России с США и ЕС отыгрывает утраченные ранее позиции лидер ЛДПР Владимир Жириновский (с 80-го на 71-е место). Также укрепляются позиции председателя партии «Справедливая Россия – За правду» Сергея Миронова (с 82-го на 81-е место).
После рабочей встречи с Владимиром Путиным, в ходе которой обсуждались перспективное развитие города, инфраструктурные проекты и детали вероятного проведения «Экспо-2030», усиливается влияние мэра Москвы Сергея Собянина (с 9-го на 8-е место). На фоне обсуждения планов открытия новых станций метрополитена в Санкт-Петербурге укрепляются позиции губернатора региона Александра Беглова (с 64-го на 60-е место). Усиливается в рейтинге и губернатор Московской области Андрей Воробьёв (с 72-го на 65-е место).
Инициатива создания Поволжской агломерации с центром в Казани, а также визит главы Татарстана в Казахстан приводят к укреплению позиций главы республики Рустама Минниханова (с 93-го на 88-е место). Вероятно, оно носит ситуативный характер. Жесткие заявления и действия по ограничению коррупции в среде республиканской элиты улучшают позиции главы Крыма Сергея Аксенова (с 98-го на 95-е место).
Усиливается влияние главного исполнительного директора «Роснефти» Игоря Сечина (с 14-го на 13-е место), выступившего с предложением провести реформу энергорынка с целью сдерживания роста цен. После встречи с главой правительства Михаилом Мишустиным, в ходе которой обсуждался ряд проектов корпорации, укрепляются позиции главы «Ростеха» Сергея Чемезова (с 22-го на 21-е место). Рабочая встреча с главой правительства генерального исполнительного директора «РЖД» Олега Белозерова, в ходе которой обсуждались запланированные на ближайшие годы инвестпроекты, укрепляет влияние этого топ-менеджера (с 78-го на 75-е место).
Переходит в группу с сильным влиянием предприниматель Роман Абрамович (с 51-го на 45-е место). Заметно ослабевают позиции президента-председателя правления ВТБ Андрея Костина (с 30-го на 40-е место) и основателя USM Holdings Алишера Усманова (с 37-го на 48-е место).
Методика исследования АПЭК
Экспертный опрос, на результатах которого основан рейтинг 100 наиболее влиятельных политиков России, проводится методом закрытого анкетирования. В нем принимают участие 28 экспертов: политологи, политтехнологи, медиаэксперты, представители политических партий.
Экспертам задается следующий вопрос: «Как бы вы оценили по шкале от 1 до 10 влияние в администрации президента РФ, правительстве РФ, Федеральном собрании РФ следующих российских политиков?»
Сначала каждый из экспертов оценивает влияние каждого из кандидатов, представленных в анкете, а затем определяются средние арифметические значения экспертных оценок (средние баллы). Каждый эксперт может добавить персоналии (не более 5), которые, по его мнению, должны быть представлены в рейтинге, но отсутствуют в анкете. Если не представленного в анкете претендента назовут хотя бы два эксперта, он будет оцениваться всеми участниками исследования в следующем месяце.
Итоговый рейтинг представляет собой консолидированную оценку влияния 100 российских политиков лидерами российского экспертного сообщества. Персоналии, вошедшие в рейтинг по результатам опроса, распределяются по разделам «Очень сильное влияние» (1–20), «Сильное влияние» (21–50), «Среднее влияние» (51–100).
Политологи, политтехнологи и медиаэксперты
Зверев Сергей (Компания развития общественных связей); Бадовский Дмитрий (Институт социально-экономических и политических исследований); Костин Константин (Фонд развития гражданского общества); Орлов Дмитрий (Агентство политических и экономических коммуникаций); Чеснаков Алексей (Центр политической конъюнктуры России); Гращенков Илья (Центр развития региональной политики), Кузнецов Глеб (Экспертный институт социальных исследований); Гаман-Голутвина Оксана (Российская ассоциация политической науки); Брилев Сергей (канал «Россия 1»); Дискин Иосиф (Совет по национальной стратегии); Туровский Ростислав (Центр политических технологий); Колесников Андрей (Фонд Карнеги); Ремизов Михаил (Институт национальной стратегии); Поляков Леонид (Институт социально-экономических и политических исследований); Гонтмахер Евгений (ИМЭМО РАН); Максимовская Марианна («Михайлов и партнеры»); Михеев Сергей (политолог); Мухин Алексей (Центр политической информации); Симонов Константин (Фонд национальной энергетической безопасности); Львов Степан (ВЦИОМ); Паутова Лариса (фонд «Общественное мнение»); Зудин Алексей (Институт социально-экономических и политических исследований); Иванов Виталий (Фонд развития гражданского общества); Бовт Георгий (политолог).
Никонов Вячеслав («Единая Россия»); Куликов Олег (КПРФ); Гусев Дмитрий («Справедливая Россия»); Наумов Станислав (ЛДПР); Иваненко Сергей («Яблоко»).
АПЭК, 2022 г.
Традиционный лидер рейтинга – президент России Владимир Путин. Среднемесячный результат Путина в 2022 году – 9,61 балла – несколько ниже, чем в 2021-м (9,71). Отрыв президента от остальных фигурантов рейтинга вновь уменьшился – он составляет 0,6 балла (в 2021-м – 1,12, в 2020-м – 1,95, в 2019-м – 2,25). Роль президента как главного центра принятия решений вновь и значительно усилилась, особенно после начала СВО, укрепляется моноцентрическая политическая система. Автономия групп влияния усилилась, при этом их борьба между собой по-прежнему носит постоянный и публичный характер. Уровень консолидации элиты по сравнению с 2021 годом повысился.
Количество новых фигурантов рейтинга
по сравнению с 2021 годом
несколько увеличилось, но по-прежнему резко контрастирует с 2020 годом
. Члены российского правительства, ставшие новыми игроками в российской политике после вхождения в его состав в начале 2020 года, по итогам 2021-го закрепились в топ-100, а в 2022-м уже традиционно входят в него. Такая устойчивость ядра российской элиты очевидно формирует запрос на его обновление. По итогам 2022 года этот запрос усилился.
Первый заместитель директора ФСБ Сергей Королев (78), министр по чрезвычайным ситуациям Александр Куренков (82–83), руководитель ЦИК «Единой России» Александр Сидякин (89–90), новый председатель ЛДПР Леонид Слуцкий (93) входят в топ-100, укрепляя действующего фигуранта рейтинга (директора ФСБ), замещая погибшего (министра МЧС), усиливая управление в правящей партии, замещая умершего Владимира Жириновского. Они относятся к «широкой периферии» ядра российской элиты.
В анкете для проведения исследования традиционно представлены лидеры непарламентской оппозиции и протестного движения, однако ни один из них не вошел в топ-100 по итогам года.
Структура и базовые тренды
Структура ядра российской правящей элиты вновь изменилась. По итогам 2022 года доли субэлитных групп (федеральная административная элита, бизнес-элита, партийная элита, региональная элита) находились в примерном соотношении 7:2, 5:1, 5:1, теперь – 8:3:2:1. Доли представителей административной элиты, бизнеса, партий несколько увеличились.
Базовые тенденции, характеризующие динамику влияния российских политиков в 2022 году:
1) ядро элиты стабильно;
2) было и остается наиболее существенным влияние деятелей, имеющих постоянную и устойчивую коммуникацию с президентом;
3) вновь, и существенно, усилилось консолидированное влияние силовой группы административной элиты;
4) автономия групп влияния и их готовность к борьбе между собой выше, чем год назад.
Запрос на усиление роли публичной политики и на лидеров, рекрутируемых в элиту с помощью выборных процедур, умеренно усиливается, запрос на обновление элиты – усиливается в значительной степени.
Влияние премьер-министра Михаила Мишустина (2-е место) вновь существенно выросло (9,01 балла против 8,61). Сформировалась некоторая автономия Мишустина в рамках моноцентрической системы.
Состав топ-5 существенно изменился. В него входят по итогам 2022 года: Владимир Путин, Михаил Мишустин, глава администрации президента Антон Вайно (3-е место), заместитель председателя Совета безопасности и лидер «Единой России» Дмитрий Медведев (4-е), мэр Москвы Сергей Собянин (5-е).
В топ-20 – министр иностранных дел Сергей Лавров (6-е), первый заместитель руководителя администрации президента Сергей Кириенко (7-е), председатель Центробанка Эльвира Набиуллина (10-е), глава «Роснефти» Игорь Сечин (12-е), министр финансов Антон Силуанов (14-е), первый вице-премьер Андрей Белоусов (20-е), председатель Государственной думы Вячеслав Володин (16-е). В группе «Сильное влияние» – вице-премьер Татьяна Голикова (26-е), заместитель руководителя администрации президента Дмитрий Козак (33-е), вице-премьеры Юрий Борисов (30-е), Марат Хуснуллин (32-е) и Александр Новак (36-е), министр сельского хозяйства Дмитрий Патрушев (39–40-е).
В верхней части рейтинговой таблицы несколько увеличилось количество политиков, относящихся к силовой элите: министр обороны Сергей Шойгу (8–9-е), секретарь Совета безопасности Николай Патрушев (8–9-е), директор ФСБ Александр Бортников (13-е), глава Следственного комитета Александр Бастрыкин (18-е), директор СВР Сергей Нарышкин (24-е), министр внутренних дел Владимир Колокольцев (25-е), глава Росгвардии Виктор Золотов (31-е).
Значительно усилились в рейтинге деятели, отвечающие за информационную политику: первый заместитель руководителя администрации президента Алексей Громов (11-е) и заместитель руководителя президентской администрации, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков (17-е).
Консолидированное влияние деятелей «Единой России»: секретаря генерального совета Андрея Турчака (19-е место, годом ранее – 31-е), главы фракции «Единой России» в Государственной думе Владимира Васильева (55-е), первого заместителя председателя Госдумы Александра Жукова (61-е), председателя высшего совета Бориса Грызлова (63-е) – выросло по итогам парламентских выборов.
Позиции Геннадия Зюганова (49-е место, годом ранее – 58–59-е) усилились, Сергея Миронова – несколько ослабли (89–90-е место, годом ранее – 85–90-е). Влияние Леонида Слуцкого (93-е) пока несопоставимо с влиянием умершего лидера ЛДПР.
Позиции мэра Москвы Сергея Собянина (5-е место, годом ранее – 8-е) характеризуются позитивной динамикой: бюджетная, инвестиционная и антисанкционная политика столичных властей вполне эффективны, консолидация элит обеспечена, имидж главы города благоприятен.
Усилилось влияние главы Чеченской Республики Рамзана Кадырова (56–57-е место, годом ранее – 66–67-е), губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова (63-е место, годом ранее – 71-е), губернатора Московской области Андрея Воробьева (73–74-е место, годом ранее – 75-е).
Позиции главы Татарстана Рустама Минниханова (79-е место, годом ранее – 77-е) несколько ухудшились, что может объясняться незавершенностью процесса правовой трансформации, обусловленной необходимостью приведения законодательства республики в соответствие с российским законодательством.
Разнонаправленностью характеризуются изменения во влиянии топ-менеджеров крупнейших государственных корпораций и акционерных компаний, а также предпринимателей, близких к центрам принятия решений: Алексея Миллера (15-е место, годом ранее – 11-е), Германа Грефа (21-е место, годом ранее – 19-е), Сергея Чемезова (23-е), Юрия Ковальчука (27-е), Геннадия Тимченко (29-е), Андрея Костина (37-е), Аркадия Ротенберга (48-е).
Динамика влияния представителей частного акционерного бизнеса и инвестиционного сообщества – Алишера Усманова (47-е), Вагита Алекперова (64–65-е), Романа Абрамовича (44-е), Олега Дерипаски (35-е) – также разнонаправленна.
Итоговый рейтинг 100 ведущих политиков России основан на результатах экспертных опросов, ежемесячно проводившихся методом закрытого анкетирования в течение 2021 года. Участие в них принимали 24–27 экспертов: политологи, политтехнологи, медиаэксперты, представители политических партий.
Ежемесячно экспертам задавался следующий вопрос: «Как бы вы оценили по шкале от 1 до 10 влияние в администрации президента РФ, правительстве РФ, Федеральном собрании РФ следующих российских политиков?»
Каждый из экспертов ежемесячно оценивал влияние каждого из кандидатов, представленных в анкете, а затем определялись средние арифметические значения экспертных оценок (средние баллы). Ежемесячно каждый эксперт мог добавить персоналии (не более пяти), которые, по его мнению, должны быть представлены в рейтинге, но отсутствовали в анкете. Если не представленного в анкете претендента называли хотя бы два эксперта, он оценивался всеми участниками исследования в следующем месяце.
В годовой итоговой таблице средние баллы всех политиков, входивших в соответствии с оценками экспертов в топ-100 хотя бы шесть месяцев, суммированы. На их основании для каждого политика определено среднее арифметическое значение за весь 2021 год (средний итоговый балл).
Итоговый рейтинг представляет собой консолидированную оценку влияния 100 российских политиков лидерами российского экспертного сообщества. Персоналии, вошедшие в рейтинг по результатам опросов, распределены по разделам «Очень сильное влияние» (1–20), «Сильное влияние» (21–50), «Среднее влияние» (51–100).
Зверев Сергей (Компания развития общественных связей); Костин Константин (Фонд развития гражданского общества); Бадовский Дмитрий (Институт социально-экономических и политических исследований); Орлов Дмитрий (Агентство политических и экономических коммуникаций); Чеснаков Алексей (Центр политической конъюнктуры России); Кузнецов Глеб (Экспертный институт социальных исследований); Гаман-Голутвина Оксана (Российская ассоциация политической науки); Брилев Сергей (канал «Россия 1»); Дискин Иосиф (Совет по национальной стратегии); Туровский Ростислав (Центр политических технологий); Колесников Андрей (Центр Карнеги, признан иностранным агентом); Ремизов Михаил (Институт национальной стратегии); Гращенков Илья (Центр развития региональной политики), Поляков Леонид (Институт социально-экономических и политических исследований); Гонтмахер Евгений (ИМЭМО РАН); Максимовская Марианна («Михайлов и партнеры»); Михеев Сергей (политолог); Мухин Алексей (Центр политической информации); Симонов Константин (Фонд национальной энергетической безопасности); Львов Степан (ВЦИОМ); Паутова Лариса (фонд «Общественное мнение»); Зудин Алексей (Институт социально-экономических и политических исследований); Иванов Виталий (политолог); Бовт Георгий (политолог).
АПЭК, 2021 г.
1 Путин Владимир Владимирович
Родился в Ленинграде
(ныне Санкт-Петербург) 7 октября 1952.
Окончил юридический факультет
Ленинградского государственного
университета в 1975. Работал в КГБ СССР,
в службе внешней разведки. Находился в
Германии в 1986–1990 в Дрездене в расположении
частей Западной группы войск в ГДР. В
1990 ушел в отставку из КГБ в чине
подполковника и вернулся в Санкт-Петербург,
где работал проректором ЛГУ по
международным связям, советником в
мэрии, председателем комитета по внешим
связям мэрии. В 1994 стал первым заместителем
мэра Санкт-Петербурга А. А. Собчака,
работал с Собчаком до 1996. В августе 1996
переехал в Москву, работал в Управлении
делами администрации президента, в
марте 1997 стал заместителем руководителя
президентской администрации – начальником
главного контрольного управления. В
мае 1998 был назначен первым заместителем
руководителя администрации президента
(по работе с территориями). В июле 1998 был
назначен директором ФСБ, в октябре того
же года введен в состав Совета безопасности
при президенте. Стал секретарем Совета
безопасности в марте 1999. В августе 1999
был назначен председателем правительства.
В течение осени 1999 лично контролировал
ход антитеррористических военных
операций на территории Чечни.
31 декабря 1999
президент Б. Н. Ельцин объявил о своей
отставке и передал власть Путину как
исполняющему обязанности президента.
Очередные президентские выборы были
намечены на июнь 2000. Однако, согласно
конституции, новый президент должен
был быть избран в течение 90 дней после
ухода со своего поста прежнего президента.
Выборы были объявлены на 26 марта 2000, и
Путин легко победил на выборах, набрав
53% голосов (лидер компартии Г. А. Зюганов
– 30%). Во время предвыборной кампании
Путин призвал к возвращению страны к
правлению закона, укреплению государства
и развитию рыночной экономики под
контролем властей. После инаугурации
в мае 2000 назначил председателем
правительства М. М. Касьянова.
Получил в наследство
от Б. Н. Ельцина тяжелейшую ситуацию в
Чечне, коррумпированный государственный
аппарат и огромный внешний долг. За год
с небольшим после своего избрания сумел
погасить разгоравшийся очаг международного
терроризма на территории Чеченской
Республики и начать выплаты по внешнему
долгу. С целью борьбы с коррупцией провел
реформы политического устройства на
федеральном и региональном уровнях,
учредил институт представителей
президента в округах. Политический курс
в этой сфере был назван «укреплением
вертикали власти». Весной 2001, заручившись
поддержкой Государственной думы, в
которой стали доминировать представители
проправительственного движения
«Единство», провел ряд важнейших для
будущего России законопроектов – о
новой системе налогообложения, о
свободной купле и продаже земли, о
трудовых отношениях, о пенсионном
обеспечении. Полностью изменил структуру
медиарынка, обеспечив влияние государства
в крупнейших теле- и радиокомпаниях. Во
внешнеполитической сфере выступил
противником развертывания Соединенными
Штатами новой системы ПРО, показал себя
как приверженец прагматичного подхода
к отношениям со странами Азиатско-Тихоокеанского
региона.
14 марта 2004 был
переизбран на пост президента страны
на второй срок.
Президент В. В.
Путин считает, что принципиальным
результатом его деятельности на посту
главы Российской Федерации должно стать
возвращение России в ряды богатых,
развитых, сильных и уважаемых государств
мира.
Президент Российской
Федерации Владимир Владимирович Путин
имеет многочисленные государственные
награды и награды Русской Православной
Церкви.
Политическое лидерство в России
Роль политических лидеров в обществах,
которые осуществляют радикальные
преобразования, велика. Проблема
лидерства для современного российского
общества представляет особый интерес.
Дело в том, что в переходных обществах
лидеры обретают особый смысл: они
рассматриваются как факторы стабильности,
интеграции различных групп интересов,
выступают инициаторами самих
преобразований. В этих условиях лидеры
персонально олицетворяют политический
курс, поскольку именно они формируют
стратегию развития общества, определяют
средства ее реализации.
Однако особенность политического
лидерства в современной России состоит
в том, что в условиях формирующейся
демократии проявляются прежние
политические традиции лидерства:
представления о массовом сознании о
лидере, чертах, которыми он должен
обладать.
Согласно классификации М. Вебера, Россия
знала два типа лидерства: традиционное
и харизматическое. Традиционное лидерство
(власть монархов) основано на вере в
святость передачи власти по наследству,
верности ритуалу и привычке подчиняться.
Традиционное господство в России имело
форму абсолютной монархии. Воля императора
не ограничивалась какими–либо
юридическими нормами. Так, статья I Свода
основных государственных законов
гласила: «Император Всероссийский есть
монарх самодержавный и неограниченный.
Повиноваться верховной власти, не токмо
за страх, но и за совесть, сам Бог
повелевает.» Оно (традиционное лидерство)
существовало до Февральской
буржуазно–демократической революции.
Советский период породил особую
разновидность лидерства – вождизм.
Вождь, обладающий харизмой (В. И. Ленин,
И. В. Сталин), является наиболее точным
синонимом термина «лидер», харизма же
– самый существенный элемент его власти,
который М. Вебер определил как «необычно
высоко ценимое качество некоей личности,
благодаря которому она превозносится
как наделенная сверхъестественной, или
сверхчеловеческой, или по меньшей мере
необычной, специфической, недостижимой
ни для кого другого силой или особенностью,
или же как посланная Богом, или как
достойная подражания, и, в силу этого
как «Вождь». Величие вождей основано
не на их собственной гениальности, а на
той значимости, которую приобретает
личность силой общественного мнения».
Следовательно, в основе власти вождя
лежит политический миф о его
исключительности, который поддерживается
в массовом сознании. Личность вождя
обожествляется, ей поклоняются. Харизма
вождя опирается на наличие «единой
коллективной воли народа», единой массы,
где вождь представляет всеобщую волю.
На этом основано отождествление вождя
и народа. Культ вождя, ритуалы его
почитания становятся элементами
политической культуры, составляют
разновидность политической религии.
Наряду с классификацией М. Вебера,
современных российских лидеров можно
различать по способам и методам достижения
поставленных ими целей. Так, политики,
выступающие за постепенные и
последовательные реформы в обществе,
являются лидерами– реформаторами. Они
стремятся обеспечить поступательность
социальных изменений, предвидеть
последствия принимаемых решений, их
программы рассчитаны на длительную
перспективу. ( Примером может служить
деятельность Б. Ельцина, В. Черномырдина).
Лидеры–революционеры, наоборот,
опираются на радикальные методы
преобразований, предлагают нетрадиционные
средства решения актуальных проблем.
Они – сторонники активных мер, дающих
быстрый эффект. Однако, их нельзя
упрекнуть в авантюризме: они соизмеряют
выдвигаемые идеи с наличными возможностями
в обществе (Г. Явлинский).
Противоположностью указанным типам
лидеров является лидер–авантюрист. Он
может выступать носителем позитивной
идеи, однако не способен к целостному
осмыслению проблемы, ищет «единственно
верные» ее решения. Поэтому он и
ориентирован скорее на достижение
внешнего эффекта, чем на кропотливую
повседневную работу (В. Жириновский).
Близок к лидеру–авантюристу лидер
популистского типа. Он характерен для
переходных эпох, когда общество изменяет
основы своего развития. Переоценка
ценностей, которая является естественным
следствием перехода от старого к новому,
порождает ситуацию неопределенности
для широких слоев населения. Смена эпох
отражается на лидере–популисте: он –
явление противоречивое. Играя на
естественных чувствах людей (страх
перед неизвестным будущим, недовольство
настоящим), используя объективные
трудности переходного времени,
лидер–популист способен вызывать
восторг толпы, добиваться ее абсолютной
поддержки. При этом он способен выражать
реальные нужды и чаяния населения,
предлагая ему «простые» решения, давая
широкие обещания. Для масс, которые
втягиваются в политическую жизнь и
потому доверчивы, понятны его лозунги
и призывы. Предлагаемые лидером–популистом
решения рассчитаны на внешний эффект,
но не имеют долгосрочной перспективы.
Часто он предлагает просто перераспределить
собственность, отобрать привилегию у
каких–то групп и раздать конфискованное
массам. Появление в России относительно
массового лидера–популиста, как на
федеральном, так и на региональном
уровне, обусловлено длительным периодом
отчуждения населения от власти,
незрелостью его политической культуры.
Для России также актуальна классификация
лидеров на эгоцентричных и социоцентричных.
Различие между ними состоит в их отношении
к власти. Поскольку власть в российском
обществе всегда играла важнейшую роль
и выступала непременным условием
получения материальных благ, социальных
привилегий, постольку к ней сложилось
особое отношение.
Эгоцентричный лидер ориентирует власть
на себя, на собственные интересы. Он
может рассматривать власть как средство
получения социального статуса,
материального богатства. Кроме того,
лидер подобного типа видит во власти
способ компенсации каких–либо физических
или психических недостатков. В третьем
случае власть для него – возможность
удовлетворения различных искушений,
амбиций.
Особенно важен в условиях переходного
времени социоцентричный лидер,
деятельность которого ориентирована
на служение общему благу, созидание.
Его отличает честность, скромность,
четкое выполнение своих обязанностей.
Такая установка скорее идеальна, чем
реальна, поскольку власть всегда
развращает личность. Противостоять
этому развращающему влиянию непросто.
